casino siteleri güvenilir deneme bonusu deneme bonusu veren siteler casino siteleri deneme bonusu deneme bonusu veren siteler 2024 güncel deneme bonusu veren siteler güvenilir slot siteleri bonus veren siteler deneme bonusu veren siteler en iyi bahis siteleri deneme bonusu 2024 güvenilir deneme bonusu deneme bonusu veren siteler güvenilir bahis siteleri en iyi bahis siteleri yeni deneme bonusu veren siteler deneme bonusu veren siteler güvenilir slot siteleri tipobet matadorbet tipobet 1xbet giriş deneme bonusu sahabet
Главная Здесь сойдутся потоки руды и угля Заполярья
Здесь сойдутся потоки руды и угля Заполярья Печать E-mail

Глава I. Здесь сойдутся потоки руды и угля Заполярья

"...необходимо больше в прииске тамошних подземных сокровищ трудиться..."

 М.В.Ломоносов

Научная интуиция первого русского естествоиспытателя Михаила Ломоносова подтвердилась: в недрах северных земель и впрямь сокровищ оказалось немало.

В XIV-XVIII веках места, где располагается Череповец, славились железоделанием и кузнечным ремеслом. Между Устюжной и Белозерском, в болотистой местности, которая звалась Железным полем, добывали руду-ржавицу. Пережигали в рукодельных домницах и получали железо.
Железнопольским оружием сражались войска Дмитрия Донского на Поле Куликовом. При Иване Грозном здесь отливали пушки-волоконейки, ковали копья и мечи, при Петре 1 - пушки и ядра, бомбы и ручные гранаты, пули и мушкеты, якоря и корабельные цепи. Впрочем, не только мечи, но и орала производили северные ковали: сохи, лемеха, серпы, топоры да гвозди. Славились они на Руси. Заводы, построенные в Олонецком крае и в окрестностях Череповца, щедро поддерживались государем, хотя выплавленный на них металл обходился намного дороже Уральского.

Но не стало Петра, и северо-западные домны вскоре погасли. На целые 200 лет.

Между тем, созданный в Петербурге "кулак" металлообрабатывающей промышленности за многие десятилетия превратил город Петра в Центр российского машиностроения. Он жаждал металла, а его катастрофически не хватало. Был необходим надежный источник сырья и хороший металлургический завод: возить чугун и прокат с Урала, и тем более - с Сибири, становилось невыгодно. Что оставалось? Создать собственную мощную металлургическую базу на северо-западе. Где взять руду? Поискать "в окрестностях" северной глубинки. Например, на Кольском Севере.

Вот и ответ на вопрос, какое отношение все вышеизложенное имеет к Оленегорскому горно-обогатительному комбинату.

По заданию В. И. Ленина Академия наук еще в 20-е годы начала исследования Кольского полуострова.

- Промышленность Ленинграда нужно развивать, - сказал немного позже лидер питерских большевиков Сергей Миронович Киров. В деле индустриализации страны Ленинград должен сыграть такую же роль, какую играл на всех этапах революции.

И выдвинул перед планирующими, хозяйственными и научно-исследовательскими организациями актуальнейшую проблему создания большой металлургии Ленинграда - чугуноплавильного производства - для снабжения машиностроительных предприятий на базе местных источников сырья (с 10 сентября 1927 года по 28 мая 1938-го Мурманский округ входил в состав огромной Ленинградской области).

По указанию Мироныча на Кольский полуостров направляются геологические партии, которые в начале 30-х годов открыли крупные месторождения железных руд в районе Волчьих тундр, возле озера Ковдор и горы Оленьей. Руды оказались исключительными по чистоте, что подтвердило идею получения превосходного чугуна на основе своего, местного сырья.

Оставался открытым вопрос: где быть металлургическому комбинату. Некоторые ученые отмечали исключительно благоприятное положение Череповца. Так, С. Оранский, экономист Леноблплана, предполагал организовать в Череповце доменное производство на базе доставляемых водным путем Кольских руд и местных месторождений торфа. Мысль о доставке руды к району залегания мощных торфяных массивов Череповца выдвигал также инженер Ленинградского совнархоза М. Гензелевич.

Предложения эти для того времени были настолько фантастичны, что в ученых кругах их не восприняли всерьез. Тем более, что после убийства Кирова борьба за большую металлургию Ленинграда сменилась борьбой с "троцкистско-бухаринской бандой шпионов и вредителей". "Кировский дух" выкорчевывался не только из партийных кабинетов, но и из хозяйственно-экономической жизни страны.

Интерес к минеральным богатствам Мурмана вновь возник в 1939 году.

XVIII съезд ВКП(б) поставил перед страной генеральную задачу по большевистски смело: догнать и перегнать в экономическом отношении капиталистический лагерь.

Точкам на карте Южного Урала, Восточной Сибири, Средней Азии и Дальнего Востока суждено было стать "горячими" от ударного трудового энтузиазма миллионов советских людей. Эшелоны ГУЛАГа мчались на всесоюзные стройки, над страной стоял стук мотыг, лязг вонзающихся в землю лопат. Но металлургической базы на Северо-Западе СССР в планах съезда не было. Ее судьба решилась несколько позже. При весьма интересных обстоятельствах.

Послесъездовская переписка чиновников аппарата, связанная с рассмотрением поправок и дополнений к тезисам о третьем 5-летнем плане, выдернула из забвения идею о создании на Севере новой металлургической базы для обеспечения сырьем всех потребностей машиностроения на месте.

Докладная записка Председателя Комитета по делам геологии И. И. Малышева, направленная в ЦК ВКП(б), дала всестороннюю характеристику природных богатств Кольского полуострова и Карельской АССР (в основу легли исследования геологических партий, инициированных Кировым). При этом особо выделено Енское месторождение, которое "может иметь крупное промышленное значение не только для Кольского полуострова и ленинградской металлургии, но и для всей северозападной части Союза, а также для экспорта". Госплан СССР подтвердил: задача вполне реальна. И разработал проект постановления правительства о проведении подготовительных мероприятий для строительства.

Два месяца спустя, накануне своего 60-летия, Сталин пригласил наркома черной металлургии Ф. А. Меркулова в Кремль. Вождь предложил обратить особое внимание на руды с пониженным содержанием железа.

- Металлурги поступают неправильно, пренебрегая так называемыми "бедными" рудами, - говорил Сталин. - До сих пор они не обращают внимания на богатейшие месторождения Кольского полуострова. Между тем, создание металлургии для Северо-Запада на базе этих руд имело бы большое значение для всего народного хозяйства СССР.

А потом развернулась война с Финляндией...

Вновь о проблеме промышленного освоения Ено-Ковдорского железорудного района заговорили в мае 1940 года. В это время к руководству черной металлургией страны приступает Иван Тевосян. Прекрасный организатор, человек решительный и дальнозоркий, он борется за полузадушенный проект основательно. Руководство командой специалистов поручено заместителю наркома - академику Ивану Павловичу Бардину. Концепцию решения проблемы Бардин представил уже через неделю. Труд на 40 листах "Материалы к вопросу об организации металлургической базы на Северо-Западе СССР".

Наиболее сложным было по месту постройки центрального завода. Основная сложность состояла в том, что источники сырья - Кольская руда, и топлива - воркутинский уголь - отстояли друг от друга на огромное расстояние, около 3000 километров.

К тому же находились они в зоне вечной мерзлоты.

Эксперты пришли к выводу, что сооружение головного завода за Полярным кругом по традиционной схеме: "на угле" или "на руде" нецелесообразно. Суровые климатические условия этих районов и оторванность их от потребительских центров не оправдывало строительство завода на одном из видов сырья, и, в особенности, на угле. Потому группа Бардина решила воспользоваться идеей академика Александра Евгеньевича Ферсмана. Он высказал мысль "посадить" завод на стыке путей Воркута-Котлас-Ленинград с дорогами, идущими к югу от Кольского полуострова.

Это была очень смелая идея, ибо впервые на практике предлагалось использовать в металлургии бедные железом руды, а завод должен (опять же впервые!) расположиться вдали и от руды и от угля.

Группа специалистов наркомата настояла на более оптимальном месте расположения северо-западного завода, чем предложенная Ферсманом линия Плесецкая - Котлас. Поскольку большая часть произведенного там металла пойдет в Ленинград, завод разумнее строить в Череповце - как и предлагали в свое время экономисты Оранский и Гензелевич. Именно здесь, в Череповце, на стыке высокоразвитых экономических регионов должны сойтись кратчайшие пути руды, угля и металлошихты. Передавая на подпись предварительные соображения о создании северо-западной металлургии, Бардин заметил, что это всего-навсего научная концепция. Чтобы она обрела жизненную плоть, нужны всесторонние исследования.

Тевосян в принципе был с Бардиным согласен, конечно, можно ограничиться решением о проведении подготовительных мероприятий, чтобы где-то к концу 3-ей пятилетки приступить к работам на стройплощадке. Но это отдалит время начала строительства. Поэтому никакой альтернативы: только Череповец.

Время такое, что не до научных дискуссий. В воздухе пахло войной. Уже пол-Европы оккупировано фашистской Германией. Война у самых границ СССР.

- Конечно, Гитлер не нападет на нас раньше лета 43-го, пока не разделается с англичанами, - говорит Сталин.

...А к тому времени мы возведем мощные заводы на Урале, в Сибири и здесь, под Ленинградом. Стальной броней опояшем страну. И первым заводом в этой обойме будет Череповецкий металлургический. Мы возьмем на вооружение стратегию форсированного строительства. Будем строить одновременно по всему фронту - на рудниках, на шахтах, на заводской площадке.

...Стройку придется финансировать из резервного фонда Совнаркома. Значит, надо заручиться поддержкой товарища Сталина. Но мало этого, надо чтобы и мысль о создании новой металлургической базы была сталинской.

И. Т. Тевосян за время работы в правительстве хорошо изучил характер вождя. Знал он, что Иосиф Виссарионович порой отвергал хорошую идею, предложенную кем-то, но проходило какое-то время и... предлагал ее от своего имени. Тевосян решил использовать такое свойство характера Сталина. Он "сжал" 40 страниц бардиновских "материалов..." до 6 и в виде докладной записки направил документ в адрес первых лиц государства - И. В. Сталина и В. М. Молотова.

Заканчивалась докладная записка характерной для того времени припиской: "с Народным Комиссаром внутренних дел тов. Берия согласована передача этого строительства НКВД".

Первостроителями новой металлургической базы должны были стать обитатели ГУЛАГа.

Десять дней лежала докладная записка у Сталина, пока он не проникся идеей создания северо-западной металлургии, свыкся с ней и... счел своей.

Время от времени Сталина подпитывали идеями, и рождались затем "сталинские" стройки: Беломорканал, Рыбинское море, Урало-Кузнецкий комбинат. И вот 20 июня 1940 года Сталин срочно вызывает Тевосяна в Кремль. В кабинете вождя уже находились Молотов и председатель Госкомитета по делам геологии И. И. Малышев.

- Тут вот товарищ Малышев доложил нам о том, что геологи открыли на Кольском полуострове крупные месторождения хороших железных руд, - обращаясь к Тевосяну, сказал вождь. - Теперь, когда уже разрабатываются в Печорском бассейне коксующие угли, можно принимать решение о строительстве на их базе металлургического завода для снабжения металлом Ленинграда и других промышленных городов в этом районе. Как ты думаешь?

Тевосян, естественно, ответил согласием: план сработал.

- Ну что же, - продолжил Сталин, - теперь давайте подумаем, где его следует расположить. Подойдя к карте и обращаясь к Молотову, сказал:
- Мы с тобой были в ссылке в Вологодской губернии и хорошо знаем эти места. Пожалуй, лучше всего расположить завод в районе Череповца.

Сталин указал курительной трубкой точку на карте:

- Здесь сойдутся потоки руды и угля Заполярья!

Никто не возражал.

И началось. Стройка в Череповце забурлила. Ее отзвуки докатились и до маленькой богом забытой заполярной станции Оленья.
Сталин приказал форсировать работы по Ене и Заимандре, велено перебросить туда буровые станки с других месторождений и отобрать для промышленных испытаний образцы руды.

9 марта 1941 года руководитель дирекции ЧМК Н. П. Кузякин прибыл в Оленью. Здесь уже вместе со специалистами Ленгеологии и Механобра трудились 270 заключенных: рубили лес, прокладывали автодорогу, кирками и лопатами долбили в скальной породе шурфы и канавы для бурения.

Руду удалось доставить на станцию Оленья лишь 21 июня. А на следующий день началась война.

Так вот и завершилась, не развернувшись по-настоящему, эпопея довоенного строительства Череповецкого металлургического комбината и его партнера - Оленегорского ГОКа.

Еще долгие 8 лет тундра будет единственной владелицей своих глубинных сокровищ. Пряча их под вечной мерзлотой, укутывая кружевом ягеля, лаская сполохами северного сияния. 

ПОЛВЕКА У ГОРЫ ОЛЕНЬЕЙ


busy
 

Язык сайта:

English Danish Finnish Norwegian Russian Swedish

Популярное на сайте

Ваш IP адрес:

3.236.112.70

Последние комментарии

При использовании материалов - активная ссылка на сайт https://helion-ltd.ru/ обязательна
All Rights Reserved 2008 - 2024 https://helion-ltd.ru/

�������@Mail.ru ������.�������