Главная 5. Стахановцы и хозрасчет
5. Стахановцы и хозрасчет Печать E-mail

- Лишать премии, и никаких чертей! - горячится Александр Сергеевич Тютюнник. - На флоте нельзя без железной дисциплины, а добиться ее можно при одном условии: тот, кто хорошо работает, должен и получать за свой труд в два, в три, а если заслужил - в пять раз больше, чем лентяй и зануда...

- Не торопись, Сергеич, - успокаивает сменного мастера директор завода Николай Николаевич Афонин. - Прежде надо решение принять, положение разработать, а потом уже можно будет спрашивать с нерадивых работничков по большому счету.

- Что верно, то верно, - подхватывает мысль Николай Алексеевич Глухов. - А то иной раз бегаешь по рыбофабрике, взываешь к совести людей. Ай-яй-яй, говоришь, качество давай! Здесь на одном энтузиазме да юношеском задоре много не наработаешь. Нужен твердый договор, нужны четкие условия оплаты труда.

Не в судовой кают-компании, а на берегу, в комнате сменных мастеров Урагубского рыбокоптильного завода колхоза «Энергия» довелось мне услышать этот разговор. Вели его опытные промысловики, в прошлом капитаны колхозного флота Афонин и Тютюнник, а также главный технолог крупнотоннажных судов Северного бассейна Глухов. Тему подсказал свежий номер «Рыбного Мурмана». На столе, заставленном кружками с дымящимся чаем и блюдцами с белым хлебом, была развернута газетная статья с броским заголовком «Стахановцы и хозрасчет». Она-то и оказалась причиной спора-разговора в обеденный перерыв.

Афонин: - Вот автор статьи приводит слова капитана тех лет, который требует предоставить больше самостоятельности командиру судна, ратует за полный хозрасчет. Конечно, то, что РТ «Киров» получил в 1935 году свыше миллиона рублей прибыли и половина этой суммы поступила в распоряжение команды - факт красноречивый. Даже не верится, что такое могло быть. Но ведь и у нас в колхозе по сей день есть хозрасчет. Правда, внутрихозяйственный.

Тютюнник: - В том-то и беда, что остановились на полпути. Помню, один год выдался на редкость удачным. Работали не жалея себя - экипаж пришел в порт и с рыбой, и со значительной экономией промвооружения. Задание перекрыли в три раза. Так ведь все равно больше других не заработали. Как говорится, выше головы не прыгнешь. И сейчас то же самое. Сколько мы, директор, прибыли колхозу за год даем?

Афонин: - Да тысяч 130 верных будет. Как и экипажу промыслового траулера, нам разрешается распределить между собой 30 процентов этой сверхплановой прибыли. Так сказано в хоздоговоре. Но сделана оговорка: не более пяти окладов. К примеру, за 1982 год завод дал 147 тысяч рублей чистой прибыли. А на вознаграждение работникам предприятия ушло всего 12 тысяч рублей, то есть чуть больше восьми процентов от полученной прибыли.

Глухов: - А если у капитана среднего рыболовного траулера оклад 165 рублей, а у матроса, допустим, 90, то сколько им выдадут на руки годовой премии? Вот и мы у себя на заводе не третью часть сверхплановой прибыли, а значительно меньшую сумму получим. Справедливо ли? Все это не просто разговоры. Возьмем проблему стабильности экипажей. На флоте текучесть кадров большая. Много молодежи, у которой еще и полярных надбавок нет. Почему раньше люди стремились попасть к нам на колхозные суда? Так ведь у нас худо-бедно, но основной заработок все же зависит от добытой рыбы, от конечного результата. В этот показатель как бы заложена доплата и за стаж работы на Севере, и за занимаемую должность. У моряков же гослова отчисления за рыбодобычу меньше. Так что новичку, даже самому трудолюбивому, много не заработать. И оседают люди на берегу, где за любую переработку тебе доплату на блюдечке с голубой каемочкой несут. Мол, положено - получите! А кто считал если не часы, то хотя бы дни сверхурочной работы в море. Вдали от семьи и родного дома?

Афонин: - Это верно. Допустим, я - сознательный. Буду трудиться на совесть, зная, что больше, чем уже наработал, денег не получу. А как заинтересовать новичка? Как его заставить экономить во всем? Вот нам сегодня утром надо было машину с тарой в Мурманск отправить. Так ведь мы, ветераны, сначала посчитали-подумали, потратили два часа, чтобы нарастить борта кузова машины, и одним рейсом отправили не 40, а 60 бочек. Знаем: и бензин, и транспорт наш, колхозный. В конечном счете за любой перерасход из своего кармана платить будем. То-то же...

А хозрасчет на флоте вводить надо. Разработать новое положение с учетом имеющегося опыта и обсудить его не только на хозяйственном совете в ВРПО «Севрыба», но и в экипажах, среди рыбаков. Как на колхозном собрании: конечно, пошумим мы иной раз почем зря, но дело-то делать людям, каждому на своем месте. А как иначе?

Этот вопрос Афонин уже обращает ко мне, заезжему журналисту, притулившемуся к шаткому столику с диктофоном в руке. Ведь печатает же «Рыбный Мурман» столь интересные статьи о хозрасчете, может, знают в редакции и какой универсальный ответ на все эти вопросы? Но ни я, да и никто из нашей пишущей братии не мог в середине восьмидесятых годов осознать-сказать о самоубийственности старой экономической и политической системы, столкнувшей нашу великую страну на обочину мирового прогресса, о необходимости радикальной экономической реформы, перехода к иной модели общественного устройства. Мы набирали факты, пытались запечатлеть в каждом номере газеты дыхание быстротекущей жизни, сделать правдивый слепок с того или иного события и явления. Конечно - анализировали, сравнивали, спорили, - но все на ходу, чтобы вновь и вновь окунуться в водоворот ежедневных буден. При этом одной из характерных особенностей нашей рыбацкой газеты было постоянное внимательное, я бы сказал - почтительное отношение к ветеранам, к истории развития рыбного Мурмана. Зная об этом, в редакцию несли свои воспоминания заслуженные капитаны-промысловики и солдаты-фронтовики, которых по-братски встречал наш Павел Алексеевич Быстроумов. Сам ветеран войны, почетный портовик, он бережно, буквально пестуя каждую строчку, правил эти материалы. А когда на стол к Быстроумову легла несколько заумная статья доцента МВИМУ37  и плюс к тому очень энергичного и молодого кандидата экономических наук И.А.Рогачевой,38 Павел Алексеевич проявил немало терпения, чтобы сделать из этой статьи «конфетку» - толковый и легкий для восприятия газетный разворот под рубрикой «Навстречу 50-летию стахановского движения»·. Что же заинтересовало ветеранов колхоза «Энергия» в событиях полувековой давности?

Стахановское движение - это 1933-1937 годы, когда страна подошла к самому сложному этапу социалистической революции - созидательному. Как и через пятьдесят лет, тогда надо было изыскать внутренние резервы для повышения производительности труда и лучшее использование техники. Рыбаки Мурмана наметили для себя три основные задачи: разработать технические и эксплуатационные нормативы работы флота, пересмотреть действующую систему оплаты труда экипажей тральщиков, внедрить хозрасчет на судах. Эти задачи в качестве основных вопросов и обсуждались на технической конференции в 1936 году.

О каких технико-эксплуатационных нормах шла речь? Необходимо было разработать нормы времени нахождения траулеров в порту, на переходах, в море, в том числе нормы времени на работу с тралом, а уже на их основе определить рейсовые нормы вылова рыбы. Вылова с учетом класса судна - дизельного или парового, отечественной или импортной постройки. Технической классификации требовали и виды ремонта тральщиков, его последовательность и длительность - текущий \с докованием и без\, средний, капитальный. Разбивка ремонта по группам тральщиков, по срокам, а каждый тральщик \каждый!\ имел индивидуальные нормы на основе своих технических характеристик: мощность главной машины, паропроизводительность, скорость хода с тралом и без, предельной скорости работы траловой лебедки, расхода угля и воды, мореходных качеств... Кроме того, необходимо было дифференцировать эти нормы по времени года и районам промысла. И, что самое удивительное, все эти нормы были просчитаны и утверждены! А разработка новой системы оплаты труда экипажей должна была как бы поддержать принятые конференцией нормы и обеспечить их успешное достижение. Исходили из того, что стахановец \передовик 80-х годов\ должен получать материальное вознаграждение полностью, в соответствии со своей индивидуальной выработкой. При этом \цитирую\: «положение об оплате труда должно быть понятным каждому члену команды и стимулировать дальнейшее развертывание стахановского движения».

Внедрили и новую систему оплаты труда. Работу, конечно, проделали громадную. Только перечисление всех «задействованных» в этой системе условий займет не одну страницу в нашей книге, потому что нормировщики тридцатых годов умудрились даже поминутно \!\ расписать время спуска и подъема трала и определить, что при среднем сокращении этого времени на 5 минут тралмейстер получит дополнительно 60 рублей, а на 10... И так далее. Может, учитывая количество судов, а их в единственном тогда траловом флоте было не больше сотни, и возможна подобная арифметика. Но зачем, кому она нужна, если в конечном итоге мы пытаемся перевести тральщики на хозрасчет? Или это лишь прелюдия, организационно-экономическая основа хозяйственного расчета? Надо сказать, что против перевода экипажей промысловых судов на хозрасчет выступала группа промысловиков-практиков, не на словах, а на деле знающих специфику работы в море. Но, не изменяя терминологии тех лет, участники конференции теорию «спецов» признали ересью и продолжительными аплодисментами встретили слова представителя наркомата пищевой промышленности, который сказал: «Надо добиться полного, настоящего хозрасчета на тральщике. Чрезвычайно важно, чтобы капитан стал действительным директором предприятия, чтобы капитан стал хозяином на тральщике с достаточной долей самостоятельности, с достаточными правами и с большей ответственностью».

Ну а что, все-таки, думали сами промысловики в том далеком 1936 году, обсуждая проблему внедрения хозяйственного расчета? Вот, например, цитата из выступления капитана Томсона: «Положение капитана надо сделать более независимым. Капитан траулера называется «капитаном-директором». При существующих условиях это название сами капитаны воспринимают с иронией. Следует заключить договоры с капитанами сроком на 1-2 года на командование данным судном. По истечении контрактного срока с условием выполнения принятых на себя по договору обязательств, капитан получает установленную по договору премию. Капитану должно быть предоставлено право подбора своих помощников и команды. Совершенно недопустима та картина, которая наблюдается сейчас, когда капитана гоняют из одного отдела в другой, от одного стола к другому. При этом каждый столоначальник старается отмахиваться от этих назойливых капитанов».

\Как видим, бюрократия сильна и в России неискоренима - такую же «картину» мы наблюдаем и через 50 лет.\.

Так перевели ли мурманские тральщики на хозрасчет в тридцатые годы? Очевидно, да. Если верить газетам тех лет. Во всяком случае на текущий счет РТ «Киров» перечислялись деньги за выловленную экипажем рыбу. Себестоимость же доставленной в порт этим тральщиком продукции уменьшилась на 30 процентов, то есть затраты на вылов одного центнера рыбы на РТ «Киров» были в два раза меньше, чем в среднем по флоту. И по итогам года, получив более одного миллиона рублей прибыли, в соответствии с приказом наркома пищевой промышленности в распоряжение капитана Г.Г.Тисленко поступило 50 процентов от вышеназванной суммы. И в целом по флоту показатели работы были более чем хорошие: если в 1935 году тралфлотовцы добыли 1136 тысяч центнеров рыбы, то в 1936-м - 2083 тысячи.

Способствовал ли тому хозрасчет? Наверное. На состоявшейся в Мурманске первой конференции стахановцев и ударников рыбной промышленности даже было принято обращение к рыбакам Мурмана выполнить вторую пятилетку \1933-1937 гг.\ в четыре года. Но вот в следующем, печально знаменитом «ежовском» тридцать седьмом году на второй по счету подобной конференции стахановцы обсуждали, как «навести большевистский порядок и железную дисциплину на судах». Посчитали, наверное, в наркомате, что заставить-приказать намного проще и безопаснее, чем возиться с хозрасчетом при уже спущенных с кремлевской горки планах-директивах. Или поняли бессмысленность искусственного создания минирынка в плановой громаде тоталитарного государства. Или просто поэкспериментировали - и бросили, как у нас часто бывает. Или... Но так или иначе, через полвека и за несколько лет до обвала имперской экономики в середине восьмидесятых годов мы вновь заговорили о хозрасчете, о человеческом факторе и нравственных аспектах, - всех этих фиговых листиках, не способных прикрыть все более и более обнажаемое разлагающееся тело социально-экономической системы нашей страны. Тем не менее, с 1 января 1986 года начинается широкомасштабный эксперимент по переводу на новые условия хозяйствования всех производственных объединений и предприятий Министерства рыбного хозяйства союзного подчинения. Задачи, как всегда, ставятся грандиозные:

- нацелить трудовые коллективы на выпуск только той продукции \по объемам, ассортименту, качеству и срокам\, в которой нуждаются потребители,

- коренным образом повысить качественные характеристики продукции, а также ее конкурентоспособность на мировом рынке,

- существенно расширить права коллективов в планировании и хозяйственной деятельности с одновременным усилением их ответственности за результаты работы,

- повысить требовательность к органам хозяйственного управления, руководящим работникам всех уровней.

Особое внимание уделяется выполнению обязательств по поставкам в соответствии с заключенными договорами. Это условие становится основным в оценке конечных результатов деятельности предприятий, залогом их полнокровного социального развития. Выполнил полностью договорные обязательства перед потребителем - и твой фонд материального поощрения сразу увеличивается, например, на 15 процентов. Не выполнил - и пополняющий карман каждого работника фонд уменьшается на 3 процента за каждый процент невыполнения плана по товарной продукции с учетом обязательств по поставкам.

Решили перейти и к пофакторному премированию, когда устанавливаются три самостоятельных конкретных показателя премирования.

Например, выполнение и перевыполнение плана по товарной продукции \опять-таки исходя из обязательств по поставкам, по ассортименту, по срокам и в соответствии с заключенными договорами/, по удельному весу продукции первого сорта в общем объеме производства, по росту прибыли. За каждый из этих показателей устанавливается отдельное премирование \в случае успешного выполнения плана поставок по итогам года руководители предприятия могли получить премию в сумме двух месячных окладов\.

Резко возрастали требования к качеству, вводилась повсеместная аттестация выпускаемой продукции. На изделия высшей категории качества применялась надбавка к оптовой цене до 30 процентов, а низкое качество продукции опять-таки вело к уменьшению фонда материального поощрения предприятия. Партия и правительство постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР обязывали руководителей рыбной отрасли «активизировать работу по углублению внутрипроизводственного хозяйственного расчета, расширить практику создания укрупненных комплексных хозрасчетных бригад с оплатой труда работников по конечным результатам труда бригады».

Плюс к тому расширялись полномочия трудовых коллективов в решении экономических и социальных вопросов, так как резко сокращалось число утверждаемых вышестоящими инстанциями показателей плана. Если до 1986 года до предприятия доводились около двадцати директивных заданий, то в новых условиях - шесть-семь. Не утверждали «верхи» даже лимит численности персонала, фонд заработной платы, уровень производительности труда. Ограничивался объем отчетности. Расширялись права предприятий при материальном стимулировании работников, в деле использования средств фонда развития предприятия.

В одном из интервью начальник отдела организации труда и заработной платы \ООТиЗ\ ВРПО «Севрыба» В.И.Кочкуркин сказал:

- Есть опасения, что руководители предприятий могут не выдержать «испытания самостоятельностью». Не исключено, что отдельные руководящие работники видят в условиях экономического эксперимента в первую очередь возможность личной материальной выгоды, ведь в новых условиях работы резко повышается размер дополнительных премий...

Повышение самостоятельности предприятий не следует понимать упрощенно еще и потому, что, например, в области планирования кроме основных показателей, утвержденных министерством, устанавливаются и показатели по реализации различных комплексных целевых программ государственного и отраслевого масштаба. Вообще же, оценивая реально степень самостоятельности основных предприятий в системе рыбопромышленного комплекса Северного бассейна, необходимо учитывать особые производственные условия работы флота рыбной промышленности. Дело в том, что наряду с выполнением производственных функций по добыче рыбы, обработке, перегрузке продукции и снабжения все флоты одновременно являются крупными транспортными предприятиями. А обеспечение бесперебойной работы добывающих судов в условиях экспедиционного промысла требует четкого взаимодействия нескольких предприятий. И здесь вряд ли целесообразно предоставлять полную хозяйственную самостоятельность каждому флоту. Не обойтись также без централизованного установления и основных условий оплаты труда плавсостава производственных судов различных флотов, работающих в одних районах.

Поэтому нормы выработки по вылову и выпуску продукции, сдельные расценки, показатели, размеры, условия премирования из фонда заработной платы и в новых условиях хозяйствования будут едиными для экипажей однотипных судов всех флотов.*

Так главный экономист Северного бассейна конкретизировал все партийно-правительственные слова о необходимости «коренным образом повысить» и «существенно расширить». Нечего, брат-флотоводец, губу раскатывать - по-нашему, чиновничьему мнению, нецелесообразно предоставлять тебе полную хозяйственную самостоятельность. И будь ты хоть трижды «генералом» у себя на производстве, болей и ратуй за родной коллектив, а как миленький выполнишь все наши указания, даже если они не стыкуются с твоими интересами. Ведь речь мы ведем об отраслевых, государственно-стратегических программах!

Вот тебе, батенька, и весь хозрасчет до копейки вкупе со стахановским движением. «Большевистский порядок и железная дисциплина» - жестко и сердито, как в тридцать седьмом году.

37 - МВИМУ, Мурманское высшее инженерное морское училище, с 1992 года - МГАРФ \Мурманская государственная академия рыбопромыслового флота\, с 1996 года - МГТУ \Мурманский государственный технический университет\.

38- РОГАЧЕВА Ирина Александровна, народный депутат Верховного Совета РСФСР 12-го созыва \1989-1993\. Окончила Ленинградский финансово-экономический институт, аспирантуру. Работала экономистом в объединении «Мурманская судоверфь», в ПИНРО, с 1975 года доцент кафедры экономики МВИМУ, затем ведущий специалист по экономике ассоциации «Севрыба». Работает и живет в Санкт-Петербурге. Доктор экономических наук, профессор. Автор книги «Рыбопромысловый флот России» \СПб, 1996\.

* «РМ» от 11 января 1985 г.

* От эксперимента - к действию, «РМ» от 13 сентября 1985 г.

Рыбный Мурман в кавычках и без (1983 - апрель 2000)


busy
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Язык сайта:

English Danish Finnish Norwegian Russian Swedish

Популярное на сайте

Ваш IP адрес:

34.204.52.4

Последние комментарии

При использовании материалов - активная ссылка на сайт https://helion-ltd.ru/ обязательна
All Rights Reserved 2008 - 2019 https://helion-ltd.ru/

@Mail.ru .