Наши партнеры

АНО ДПО «Полярный институт повышения квалификации»

 

Главная Траулеры уходят в океан - 12
Траулеры уходят в океан - 12 Печать E-mail

...Чем же можно объяснить, что столь продолжительный по времени и безупречный по содержанию период был наполнен столь значительными свершениями. Талантом руководителя?

Один из наиболее близких его друзей инженер-механик, работающий долгие годы начальником механико-судовой службы, П. Т. Котелевский так охарактеризовал стиль его работы:

- Александр Степанович не на один час не переставал думать об улучшении работы флота. Он всегда был полон внимания к флотским нуждам, настойчиво искал пути по совершенствованию ее работы.

...Жизнь Анатолия Гавриловича Грунина неотделима от судьбы Карельского рыбопромыслового флота, которому он отдал все свои силы, весь свой талант и энергию.

...Они сидели друг против друга тяжело и неподвижно, как застывшие статуи: плечистый, малоразговорчивый инженер-электромеханик Анатолий Гаврилович Грунин и будто вросший в кресло, излучающий волю и непреклонность начальник республиканского управления рыбной промышленности.

- Ну как, Анатолий Гаврилович, надумал? - спросил начальник управления и в его властном голосе послышались ободряющие нотки.

- Рано мне в главные инженеры.

- Но почему? Другой на вашем месте обеими руками ухватился бы за представленную возможность занять такой важный пост. Вникни: главный инженер Беломорской базы государственного лова рыбы! Где вы видывали в недавнем прошлом судового механика, едва успевшего получить диплом инженера, сразу - на такую видную должность.

Анатолий Гаврилович посмотрел на своего собеседника и улыбнулся про себя: он понимал, что происходит в душе этого
человека, начальник управления твердо убежден в том, что его желание должно восприниматься всеми назначаемыми на ту или иную должность с трепетным благоговением. Ведь на большую должность претендентов всегда в избытке, предложение, так сказать, превышает спрос, таково уж свойство человеческой натуры: стремиться в продвижении по службе. Непостижимо было отказываться от такой престижной должности.

Начальник управления начинал сердиться.

- Я вас не в канцелярию устраиваю, не на тепленькое место, а на самое, можно сказать, горячее.

- А как директор базы Масленников отнесется к моему назначению?

- Буду, говорит, приветствовать. На Грунина всегда можно положиться, как на самого себя.

Анатолия Гавриловича распирала досада. Уж слишком неожиданно навалилось это предложение.

А начальник между тем напирал, его глаза налились льдистой влагой:

- Для флота нужно ваше назначение. Мы вас растили, щадящие условия предоставляли, когда вы студентом-заочником были. Так в чем же закавыка?

Руководитель республиканского масштаба ждал ответа на свой вопрос. Он не уважал людей, которые винят других в существующих недостатках в работе, а сами стараются остаться в стороне от дел.

- Когда создавался Карельский атлантический флот, тогда было в ходу одно слово "надо". Сегодня для флота надо, чтобы вы стали главным инженером базы гослова. Нельзя нам дальше оставаться с нынешним флотом. Другого выхода из создавшегося положения для нас нет, как произвести замену промысловых судов на более современные. При создавшемся положении база гослова может потерять перспективу своего развития. Наблюдаются призывы к повышению более эффективного использования флота, которые приобрели привкус чистейшей демагогии. Нужен главный инженер не для штопания дыр, а для коренного улучшения работы. Приспело время видеть вас в должности главного инженера базы.

Все, что происходило в базе, Анатолий Гаврилович воспринимал нутром так, как должен был чувствовать себя человек, посвятивший всю свою жизнь избранной профессии. Руководство базой, флотом и береговыми подразделениями было убеждено, что дела на промысле и на берегу идут так, как и должны идти - своей чередой.

С непонятной грустью вспомнил Анатолий Гаврилович плавмастерскую "Фреза", где он некоторое время работал конструктором. Он не пекся о своей карьере. Добиться диплома инженера - это еще не значит, что быть карьеристом. У Анатолия Гавриловича жило твердое убеждение: только знания являются прочным фундаментом всякого человека, каким бы он делом ни занимался. Он принадлежал к тем людям, которые четко и рационально формулируют свою жизненную программу: быть компетентным, с повышением ее возрастает удельный вес человека.

Поэтому и учился так иступленно, просиживая свободное время в библиотеке, а по вечерам - за столом, забыв обо всем на свете. Лишь устав до изнеможения, Анатолий Гаврилович отрывался от учебника, стараясь уделить внимание жене. Любовь Васильевна знала, что у мужа один неизменный принцип: чем больше человек знает, тем выше ему цена: интеллект должен идти от приобретенных знаний. Когда выпадало свободное время от учебы, Анатолий Гаврилович жадно набрасывался на книги по психологии и философии, старался тем самым приобрести культуру мышления.

Иногда Грунин пытался осмыслить свою собственную жизнь, ощутить кипение больших социальных страстей.

Будучи человеком физически сильным, Анатолий Гаврилович после окончания мореходного училища поступил на заочное отделение высшего учебного заведения и, получив диплом инженера-электромеханика, задумался и пришел к выводу, что сегодня этого недостаточно и за два года к имеющимся знаниям прибавился диплом судомеханика - после окончания механического отделения средней мореходки.

Любовь Васильевна полностью ушла в воспитание сыновей Валентина и Владимира. Парни росли работящими, помимо учебы в школе занимались спортом, много читали.

...Когда-то в начале своей работы в должности судового механика Анатолий Гаврилович заходил в кабинет главного инженера базы с непонятной робостью, а теперь вот самому надо усаживаться в это кресло и руководить столь сложным участком работы, а в отсутствии директора базы приходится исполнять и его обязанности и руководить весьма сложным хозяйством. Отныне, помимо своих весьма сложных обязанностей, он отвечал за дела всей базы, из них главнейшими вопросами были: своевременный выход судов на промысел и правильная их расстановка в море, короче говоря, за ритмичность работы всей базы гослова нужно было отвечать. Он не привык трусить, а сегодня омерзительное чувство страха заползало в душу. Да и какое могло быть у него состояние, которое могло бы сравниться с чувством столь большой ответственности.

Однажды и. о. директора базы А. Г. Грунину вдруг показалось, будто он перестал понимать многое из происходящего в базе. Очень уж на малом участке работы приходилось ему решать возникающие проблемы. Он безупречно руководил машинной командой промыслового судна.

Его хвалили, ставили в пример другим старшим механикам. Ведь бывает и так: на твоем судне все хорошо, а в целом флот в прорыве.

Раньше Анатолий Гаврилович считал, что штурмовщина на судне и неритмичная работа флота в целом - все воспринималось как неизбежность, глубокими корнями вросшая в основной производственный процесс.

Жизнь заставила заняться ломкой этого привычного уклада жизни, а также разработкой проектов перспективных планов. Обиходными уже давно стали такие слова, как прибыль, кредит, рентабельность, эффективность работы флота и береговых подразделений.

Основным показателем в работе базы - конечный результат: вылов рыбы и своевременная ее доставка потребителям. При такой раскладке дел в большой чести оказывались не только удачливые промысловики, но и экономисты. Заметно повысилась роль судоремонтников, снабженцев, людей, занимающихся экономическими анализами и нормировкой труда на судоремонтных предприятиях и рыбодобывающих судах.

На первых порах все как будто бы было хорошо. Но за этим кажущимся благополучием скрадывалась неумолимо надвигающаяся беда: старый промысловый флот, затухающий дрифтерный промысел сельди. Маломощные СРТ с трудом справлялись на траловом промысле с выполнением рейсовых заданий по вылову рыбы.

В повестку дня встал вопрос о замене промысловых судов на новые, современные с более мощными главными двигателями.

Вроде бы с главного инженера спрос невелик. Он должен хотя бы сохранить все, что есть. А вернется директор на работу, тогда за его широкой спиной можно будет спокойно заниматься своими непосредственными делами.

Перед своим отъездом в отпуск директор, как бы шутя, сказал: - Если за время моего отсутствия выяснится, что у вас не развиты черты, важные для управленческого труда, можно опять будет возвращаться обратно на судно. А черты те немаловажные: с одной стороны, умение ладить с людьми, а с другой - не давать никому садиться себе на шею.

Тогда Александр Семенович, разумеется, шутил. Наука управлять таким большим хозяйством куда сложнее!

Грунина всегда тянуло к технике, он считал, что именно здесь скрыты главные резервы базы.

К управленческой деятельности, в общем-то, он не рвался и не мог точно сказать, развиты ли в нем тем самые черты, столь необходимые для управленческой работы.

И тогда, оказавшись на столь ответственном посту, Анатолий Гаврилович продолжал ломать голову, почему именно его, Грунина, назначили главным инженером базы?

У директора Александра Семеновича Масленникова железный закон: у него "по знакомству" не пройдешь. Подавай знания и деловые качества. Почему не назначили кого-нибудь из молодых инженеров? Откуда Масленников взял, будто молодые специалисты дальше своего носа не видят?

В то время Анатолий Гаврилович почти неосознанно лукавил сам с собой. Он то прекрасно понимал, что работать с людьми многие умеют, этого не отнимешь, а вот самостоятельно решать задачи в масштабе базы им пока опыта не хватает. Он, выбившись своим упорным трудом из судовых механиков, на первых порах воспринимал директора базы как главное должностное лицо: оно всегда где-то в Беломорске, в административных высях отвечает за все и ни за что конкретно. У директора обширный штат, состоящий из заместителей и начальников отделов. Сидит себе в кабинете и выслушивает доклады, повышает голос на нерадивых, лишает тринадцатой зарплаты. Что в том мудреного?

Но теперь Анатолий Гаврилович, имея высшее образование и богатый опыт работы в должности судового механика, смотрел на директора базы другими глазами. По его понятию директор кипел в адовом котле больших и часто неразрешимых проблем. Что ни вопрос, то глыба.

Освоение новых промысловых районов и новых видов рыбопродукции и снижение ее себестоимости. И совершенствование хозяйственного расчета, с внедрением передовых методов промысловой работы швее траулеры. От своевременного решения этих проблем и десятка других определялись и производственные успехи и психологический климат в целом. И выходило, что он не просто администратор, он организатор, владеющий искусством анализа.

Масленникова считали властным, и это так. У Александра Семеновича были сильно развиты волевые качества. Без этого он не был бы полноценным руководителем. За каждое чрезвычайное происшествие на флоте он расплачивался бессонными ночами, огромным нервным напряжением, своим здоровьем, ибо был за все в ответе. Тут никакие связи помочь не могли. Не умеешь руководить, толково распоряжаться, оперативно вырабатывать и умело реализовывать свои решения - не место находиться в директорском кресле. Жизнь показала, что чем выше командный мостик управления, тем больше возрастает роль организаторского таланта и компетенции.

Куда проще было бы уйти с головой в решение технических вопросов, иметь дело с судовыми двигателями и вспомогательными механизмами, а не с людьми.

Управлять специалистами, относящимися к механико-судовой службе, и радостно и сложно, так как они в большинстве своем всегда чего-то ждут от своего руководителя.

Долгое время Анатолию Гавриловичу приходилось иметь дело главным образом с механиками своего судна, а несколько позже - со специалистами плавмастерской "Фреза", где ему довелось трудиться в должности конструктора. Зная сильные и слабые стороны каждого, Анатолий Гаврилович мог оценить любого по его отношению к исполнению своих служебных обязанностей. Отныне он общался с десятками и сотнями людей, которых он раньше только знал понаслышке. А сейчас он должен был отдавать распоряжения многим из них. Все это заставляло раздумывать над вопросами личных контактов и искусства общения. А это дело тонкое. Как разговаривать и отдавать распоряжения, например, старшему механику промыслового судна В. К. Бокину, у которого в начале шести-
десятых годов работал в должности третьего механика. Или же другой человек из управления встретил его назначение на должность главного инженера базы недружелюбно, даже злобно. При разговоре едва цедит слова сквозь зубы. А ведь общаться с ним приходится изо дня в день. Поговорить с непокорным специалистом доверительно? Да он и слушать не станет, ибо считает себя обойденным и оскорбленным до глубины души. Никакими ссылками на повышение требования к стилю руководства его не убедишь: обиженный упорно продолжал себя считать одним из самых деловых и современных специалистов.

Новый главный инженер Грунин не вполне понимал людей такой породы. Спесь, амбиция, самолюбование - зачем они? Анатолий Гаврилович давно привык называть вещи их собственными именами. Одним из правил своего поведения он хорошо усвоил: отношения с людьми обязывают руководителя любого ранга к дипломатии.

Даже самый скромный и незамысловатый на вид человек сплошь да рядом таит в себе такое, чему, наверное, и названия нет. Отношения с людьми в самом деле обязывают к дипломатии. Неужели надо от своих же работников скрывать свои мысли и чувства!

...В кабинет вошел степенный, чуть одутловатый старший механик. Когда наклонился, усаживаясь на стуле, стало видно, как аккуратно были зачесаны набок его редкие волосы. Серые глаза смотрели на главного инженера иронично и в то же время настороженно. Ведь всего несколько лет назад посетитель и в расчет не принимал этого Грунина. Кто бы мог подумать, что он займет столь высокий пост. Но главный инженер есть главный, даже если он в прошлом работал на судне под его началом. У визитера была своя манера держаться независимо при любом начальстве, а тогда человек, восседающий в кресле главного инженера, был необходим ему для решения квартирного вопроса.

Глядя на посетителя, сожалел тогда про себя Анатолий Гаврилович, что тот за последние шесть лет не продвинулся ни на один сантиметр вперед со своей деловой неторопливостью. К сожалению, он не изменил своего понятия о взаимоотношениях с окружающими его людьми: по-прежнему оставался задиристым человеком с повышенным чувством собственного достоинства. Получив заверение в оказании помощи при положительном разрешении его квартирного вопроса, посетитель начал прощаться. Расстались тепло, по-дружески. С лица стармеха не сходила самодовольная улыбка.

Да, интересы моряков Анатолий Гаврилович всегда принимал близко к сердцу, и за время своей работы на руководящих должностях ни разу не отступился от этого. Для него жизнь человека всегда измерялась полезностью людям. Вник тогда Анатолий Гаврилович в эту квартирную проблему и на очередном заседании жилищной комиссии добился выделения квартиры в благоустроенном доме для ветерана флота. Ему, как никогда до этого, в новом качестве главного инженера хотелось показать неукротимую свою энергию и деловую хватку. Строго придерживаясь принципа - произвести замену промыслового флота, тем самым старался автоматизировать, насколько это было можно, самый тяжелый по условию труда - рыбацкий.

В управление базы Анатолий Гаврилович принес тот неуловимый флотский дух, под которым подразумевалось многое: широта натуры, презрение к мелочности, чувство товарищества. При этом полностью отвергая некую флотскую декоративность - грубоватый юмор с одесским привкусом, с явным намеком на то, что он провел много лет на промысловых судах. У него свое понятие о красоте жизни. Он считал тогда и сегодня, что жизнь и себя нужно украшать делами, созидательным трудом.

Анатолий Гаврилович заметно отличался образованностью, суждения его были глубоки и продуманы. А с коллективом он зарекомендовал себя необычайно скромным человеком.

Он никогда и ни в чем не подчеркивал свое превосходство - ни в знаниях, а позже - ни в опытности. В то же время он был всегда готов поделиться с ними менее сведущими работниками. И как важно, что рядом с работниками управления был такой человек, как Анатолий Гаврилович, готовый поддержать, если работающий этого заслуживал, предостеречь от промахов, а если надо, то и разделить с подчиненными ответственность. Он всегда, при первой возможности, помогал молодым, недостаточно опытным механикам, сделать все, чтобы уберечь от ошибочных действий. Именно уберечь, когда речь шла о недостаточной опытности. А сколько было случаев, когда неправильное решение, порожденное высокомерием, зазнайством, приносило большой вред. Не будь таких руководителей, как Грунин, способных предостеречь, а если дело требовало, то и воспрепятствовать этим негативным действиям, и нанесенный вред делу мог бы стать значительным. Как много раз об этом напоминала жизнь базы государственного лова рыбы.

Все эти качества главного инженера были ценны в годы становления и роста промыслового флота. Вспоминается случай, когда Анатолий Гаврилович отправился непосредственно на головное судно новой серии и пробыл там столько времени, сколько потребовалось для освоения всей судовой техники, относящейся к механической части.

...Рассказывая о директоре Беломорской базы гослова Масленникове, следует отметить, что ежедневно ему приходилось решать много всевозможных текущих вопросов. Это был профессионал высокого класса, с добрым характером и с завидной работоспособностью.

Он быстро входил в контакт с людьми. Его личное обаяние, простота и доступность были одними из многих положительных качеств.

Изучая жизнь и трудовую деятельность Александра Семеновича Масленникова, мне пришлось много раз обстоятельно беседовать с людьми, близко его знающими. Я хочу начать с последнего периода его деятельности на посту директора базы. Так вот, первое сообщение о его уходе на заслуженный отдых пронеслось по Беломорску и поначалу не подтвердилось.

Дни сменялись, шли месяцы, директор базы Масленников по-прежнему каждое утро входил на второй этаж деревянного дома по улице Банковская, 51.

К его приходу на столе уже лежала обычно суточная сводка о работе базы за сутки, о вылове рыбы, о количестве судов, находящихся на промысле, в ремонте, на переходах в порт и обратно в море, если время было летнее, то непременно поступали сведения о суточной заготовке ламинарий. Опустившись в кресло, жестоковатое, крытое искусственной кожей сиденье, он принялся за изучение документов. За стеклами очков складывались темные полушария под глазами - след многолетнего утомления. Будто выточенное, красивое лицо носило правильные черты. Несмотря на возраст его нельзя было назвать старым и седым. В его довольно еще густых волосах пока еще редко проглядывались седые волосинки.

Право на легенду  Владимир Бабуро


busy
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Язык сайта:

English Danish Finnish Norwegian Russian Swedish

Популярное на сайте

Ваш IP адрес:

54.81.195.240

Последние комментарии

При использовании материалов - активная ссылка на сайт https://helion-ltd.ru/ обязательна
All Rights Reserved 2008 - 2017 https://helion-ltd.ru/

@Mail.ru Яндекс.Метрика
Designed by Helion LTD