Главная Море на вкус соленое - 8
Море на вкус соленое - 8 Печать E-mail

В первые годы создания и становления Карельского океанического флота мурманской оперативной группой руководил Дмитрий Алексеевич Поташов. Спокойный, энергичный, вдумчивый, умеющий сочетать оперативно руководство текущими делами с перспективой на будущее, он хорошо знал, где начинается борьба за рыбу, какие основные трудности встретятся в работе и как их преодолевать, чтобы добиться успехов. Вполне возможно, что наши ветераны флота помнят лаконичные сообщения об успешной работе карельских рыбаков. В этих небольших информациях не расписывались трудности, с которыми приходилось сталкиваться рыбакам на промысле. Зачастую это были сложные метеорологические условия, затяжные шторма, а в северных широтах к ним приплюсовывалось и обледенение траулеров. Но находящиеся на промысле рыбаки воспринимали плохую погоду как должное и старались использовать каждые погожие сутки для облова и обработки уловов. В этих сообщениях об ударной работе виделся залог будущих больших трудовых побед. В главных принципиальных вопросах Дмитрий Алексеевич был непреклонен. Флоту хорошо был известен случай, когда экипаж траулера, которым командовал молодой и удачливый рыбак, успешно завершил рейс, выловил рыбы намного больше других судов, разумеется, на промысле не было времени на техническую учебу и проведение других общественных мероприятий, предписанных береговыми властями.

По приходу в порт на борт прибыла комиссия в составе нескольких чиновников. После проверки отчетной документации комиссия приняла скоропалительное решение, идущее вразрез с полученными результатами работы экипажа. И эта строгая комиссия обрушила свой "справедливый" гнев на молодого удачливого капитана за ряд упущений, допущенных в отчетности, не соизволив заметить самое важное - результаты работы экипажа. Молодой рыбацкий командир пережил сильнейшую нравственную травму. И хотя со временем справедливость была восстановлена, та боль, что испытал однажды капитан, не исчезла, она повлияла на его характер, сделала его замкнутым, недоверчивым и весьма осторожным в общении с портовыми властями. Со временем от ошибочного наказания осталась лишь глухая боль - за ударную работу талантливый рыбак был награжден орденом. Более сорока лет назад меня вызвали в кабинет начальника оперативной группы Беломорской базы гослова Дмитрия Алексеевича Поташова, который попросил меня написать очерки о наших рыбаках. И я написал несколько статей о судоводителях, механиках, боцманах, а вот о самом Дмитрии Алексеевиче мне довелось писать только в наши дни.

В чем секрет его поведения, как руководителя? Однозначно на это ответить трудно. Приведу лишь несколько примеров из его своеобразной, но очень действенной манеры руководителя. Административных мер Дмитрий Алексеевич не любил, и если приходилось прибегать к ним иногда, то это было редко. Однажды начальник опергруппы Д. А. Поташов посетил судно, стоящее в порту в вечернее время, и не обнаружил на его борту вахтенного штурмана. Остался он тогда на борту траулера до появления вызванного из дома капитана и после короткого, но весьма серьезного с ним разговора, лишь тогда покинул борт судна. После этого своеобразного визита Поташова на этом траулере не было случаев халатного отношения вахтенной службы к исполнению своих служебных обязанностей.

Дмитрий Алексеевич был предельно внимателен и добр к рыбакам. Иногда казалось, что даже излишне. Но самом деле, это были просто действия умелого руководителя. Он всегда старался придерживаться принципа, что строгость руководителя никогда не должна обернуться несправедливостью по отношению к подчиненному. Были случаи, когда Дмитрий Алексеевич удивлял своих помощников тем, что вдруг провинившегося капитана не так строго наказывал, как он этого заслужил. А если его сотрудники и упрекнут, скажет задумчиво: "Рука не поднялась подписать в приказе ему строгача. Уж он очень хорошо рыбу ловит".

Яков Григорьевич Рамзаев, председатель профсоюзного комитета флота, в противовес Дмитрию Алексеевичу был всегда спокоен, нетороплив, прежде чем принять решение, он обстоятельно взвешивал все доводы "за" и "против". Они прекрасно дополняли, я бы сказал, уравновешивали друг друга. Трудились они в тесном контакте и пользовались у рыбаков большим уважением. Они сделали вместе много хорошего не только в организации успешной работы флота, но и в разрешении жилищной проблемы. За довольно короткий срок было построено девять двухэтажных деревянных домов, что в то время в большой степени сняло жилищную проблему для плавсостава.

Двадцать два года возглавлял Карельский промысловый флот Александр Степанович Носницин. Механик по образованию, руководитель по призванию. Он имеет большие заслуги в становлении и успешной работе флота. Со временем он стал обладать необходимым опытом и знаниями для руководителя, а главное - организаторскими способностями. В работе встречались и радости и горести. Человек достаточно мужественный, он не сваливал трудности или вину на других. Разумеется, в процессе работы были и производственные споры, особенно на утренних графиках, когда Александр Степанович чрезмерно резко ставил вопрос о своевременном выходе траулеров на промысел.

Александр Степанович любил, когда в разговоре ему аргументированно возражают подчиненные. Он внимательно слушал собеседника. Глядя ему в глаза, старался понять, вдуматься в логику мыслей говорящего. Без всякой предвзятости, без непогрешимой уверенности в своей правоте. Даже находил общий язык с собеседниками, обладающими строптивым характером, упорством и смелостью своих решений. В общении он был приветлив и внимателен. Знал, как живут многие сотрудники, кто и где отдыхал, как здоровье близких. И все это не нарочитая вежливость, что иногда бывает у некоторых руководителей, по его мнению, не могло быть иначе.

Александр Степанович прекрасно понимал, что высшим критерием любой теории является практика, поэтому он внимательно следил за служебным ростом выпускников мореходных училищ. Его многолетний ближайший по работе помощник Пармен Иванович Попов с присущей ему теплотой, сердечностью и эрудицией делился со мной воспоминаниями о титаническом труде Александра Степановича по руководству флотом.

Начальник флота прибыл ночью на борт судна, находящегося в ремонте. Факт, раскрывающий характер самого Носницина. Вот за это и другие подобные действия Александр Степанович пользовался уважением среди рыбаков.

Командные кадры - золотой фонд, костяк флота и береговых подразделений, их цементирующая и организующая сила.

Александр Степанович неустанно проявлял заботу о рыбацких кадрах, держал в поле зрения и всегда оперативно решал кадровые вопросы и мероприятия по совершенствованию и воспитанию рыбацких командиров, лично занимался вопросами подбора и расстановки капитанов.

Со временем выработал и собственный стиль в решении этих вопросов. В те годы аттестации на капитанов, старших механиков и других руководящих специалистов из года в год механически переписывались с упоминанием одних и тех же формулировок. Бывали случаи, когда талантливым капитанам "вписывали" обширный комплекс неполноценностей и тогда, как правило, следовали неутешительные выводы. А стоило лишь лично начальнику флота пообщаться и поговорить, и все выглядело иначе - оказывалось, что человек совсем не такой, как о нем сказано в характеристике, значительно лучше, с большими потенциальными возможностями. Поэтому Александр Степанович предпочитал лично встречаться с кандидатами на вакантную должность, считая выбор лучшего работника - непростая задача. И не только потому, что требовалось немало времени для обстоятельного разговора. В данном случае беседующий должен быть тонким психологом и дипломатом. Александр Степанович хорошо владел этими качествами. Во время разговора начальник флота без упрека и назидания давал почувствовать собеседнику его упущения по работе и как следует понимать дальнейшее развитие флота. Беседовал спокойно, не спеша спрашивал. Старался выяснить у собеседника наличие потенциальной возможности для дальнейшего служебного роста.

Удачливых рыбацких командиров и старших механиков, которые зарекомендовали себя с положительной стороны, смело выдвигал на высшие должности.

...Выбор судоводителя на должность капитана промыслового судна - непростое дело. И не только потому, что требовалось затратить время на оформление документов. А вдруг вышестоящее начальство не утвердит представление на выдвижение на капитанскую должность кандидата. Здесь начальник должен в совершенстве владеть качествами психолога и дипломата.

Тех кандидатов на выдвижение, которых предлагали известные капитаны или Александр Степанович лично знал, он смело выдвигал на вышестоящую должность.

...Читатель может подумать: это, мол, по знакомству. Отнюдь нет! Если на протяжении ряда лет человек хорошо зарекомендовал себя на практической работе и имел высокие деловые качества - потенциальные возможности для дальнейшего служебного роста.

А. С. Носницин считал, что программа морских учебных заведений должна быть направлена на привитие курсантам навыков приложения теоретических знаний на практической работе.

Жизнь подсказывала и убеждала его, что все специалисты должны периодически проходить переподготовку на курсах усовершенствования. И не потому, что тот или иной специалист плох, ленится или плохо справляется со своими служебными обязанностями. Необходимость переучивания вызывалась самой жизнью, постоянным развитием принимаемой на рыбном промысле техники. Следует ответить, что начальник флота испытывал особую потребность личного общения с экипажами промысловых судов.

Как уже отмечалось, важная роль в управлении флотом отводилась отделам. Александр Степанович постоянно заботился о выращивании работников управления, считая, что управленческий аппарат - это мозг, сердцевина любого рыбацкого коллектива, это орган, с помощью которого начальник проводит в жизнь все решения. Без сплоченного, высококвалифицированного управленческого коллектива невозможно добиться надежного и оперативного руководства флотом и береговыми подразделениями. Он ценил инициативных и способных помощников, полностью отдающихся работе.

Начальник флота заботливо растил именно такие кадры. Лично показывая пример трудолюбия и исполнительности, он неустанно требовал и от своих подчиненных подобного отношения.

"Работник управления, - говорил Александр Степанович, - особая профессия. Я не согласен с мнениями, что в управлении, а тем более таком как флотский, может с пользой трудиться любой судовой специалист. Это необходимое, но недостаточное условие. К управленческой работе человека надо готовить специально".

И свою идею Александр Степанович реализовал - создал необходимые условия, в которых кандидат на выдвижение на высшую должность начинал трудиться флагманским специалистом. Руководитель флота следил за его продвижением по служебному трапу, а творчески относящегося к работе, всячески поощрял.

Вот что, к примеру, рассказывает бывший заместитель начальника механико-судовой службы Пармен Иванович Попов: "Перед моим назначением на эту столь ответственную должность я пришел к Александру Степановичу в кабинет на собеседование. Он основательно расспросил меня о предстоящей работе в должности флагманского специалиста, в деликатной форме выявил, с какими конкретно трудностями приходилось сталкиваться на промысле. Беседа шла в доверительной форме, поскольку Александр Степанович уже раньше меня знал по совместной работе. В моей памяти Александр Степанович остался навсегда как талантливый руководитель, много сделавший для успешной работы нашего флота".

Как никто другой, А. С. Носницин оберегал кадры, разумно сочетая использование старых, опытных промысловиков и молодых, начинающих свою работу на промысловых судах. Перед принятием каждого решения о их назначениях и перестановках, он вдумчиво взвешивал все обстоятельства, условия, доводы, сохраняя при этом требовательность начальника, внимательность и чуткость к подчиненным. Примером может служить случай с капитаном промыслового судна. После окончания очередного рейса инспекцией безопасности мореплавания была выявлена слабая организация отработки судовых тревог по борьбе за живучесть судна. Выводы комиссии были неутешительны. Комиссия предложила начальнику флота понизить капитана в должности сроком на полгода. В общем, ставился вопрос о снятии капитана с должности. Но Александр Степанович поступил по-другому. Он сам побывал на борту траулера, сам разобрался в существе вопроса и не согласился с выводами инспекции. Он объективно оценил большую занятость экипажа на промысле рыбы, поэтому начальник флота оставил капитана в прежней должности, определив при этом конкретные задачи и сроки устранения выявленных недостатков. Вера Александра Степановича в человека полностью оправдалась. Капитан быстро исправил положение, и экипаж обошел на рыбацкой ниве остальные промысловые суда по вылову рыбы. Со временем капитан был повышен в должности до капитана-наставника и успешно продолжил работу.
Александр Степанович часто любил говорить: "Если специалисты удачно подобраны, то и на душе спокойней. Недоверие к людям, их излишняя опека ведут порой к тяжелым последствиям. У подчиненных надо развивать профессиональную самостоятельность, инициативу, смелость, чтобы они в критические моменты не боялись взять на себя ответственность, оперативно принять нужное решение, умело выполнять поставленные задачи, не ожидая подсказки со стороны начальства".

...Сколько людей, столько и характеров. И к каждому требуется подходить индивидуально, постараться найти соответственные ключи к сердцу, чтобы человек раскрыл перед тобой свою душу, доверительно поделился успехами и неудачами.

Александру Степановичу по долгу своей службы приходилось общаться с разными людьми, в основном, с замечательными работниками. Изредка попадались и выпивохи. Таких любителей хмельного он не уважал, относился к ним без всякой симпатии и при необходимости расставался с ними без всякого сожаления.

Постоянно заботясь о людях, к сожалению, он сам себя не щадил...
Впоследствии П. И. Попов скажет: "Успешной многолетней работе промыслового флота в большей степени способствовало, что на протяжении двадцати двух лет во главе флотского коллектива стоял эрудированный во всех отношениях, талантливый руководитель, понимающий во всех тонкостях рыбацкие дела и технические вопросы, каким зарекомендовал себя А. С. Носницин. С ним приятно было работать, общаться и даже спорить. Когда речь шла о приеме из новостроя траулера и снаряжении его в промысловый рейс, Александр Степанович проявлял тогда особую принципиальность. В то же время, как никто другой, помогал всем, чем только мог, не считаясь с личным временем".

Александр Степанович не любил руководить из кабинета, его тянуло на палубы промысловых судов и в цеха плавмастерской "Фреза".
Ветеран флота, бывший директор "Фрезы" Виктор Константинович Охотин рассказывает:

- Каждый приезд начальника флота на плавмастерскую был для судоремонтников приятным событием. Он не только проверял ход судоремонтных работ на промысловых судах, но оказывал реальную помощь по разнообразному кругу служебных и житейских вопросов. Не помню случая, чтобы Александр Степанович отказал кому-либо из судоремонтников в просьбе, особенно если она касалась улучшения жилищных условий. Александр Степанович обладал удивительной памятью, глубокими техническими знаниями, большой эрудицией и незаурядным талантом руководителя. Ценил время. Был честным, искренним и мужественным человеком, не терпел разгильдяев, подхалимов, бездельников и карьеристов. В пределах своих прав начальника флота нес Носницин всю полноту ответственности за решения сложных вопросов, связанных с эксплуатацией флота, краеугольным камнем которых были проблемы своевременного и качественного ремонта промысловых судов. Вспоминаются многочисленные встречи, когда я был только что назначен директором плавмастерской, - продолжает свои воспоминания Виктор Константинович. - Тогда начальник флота лично ввел меня в курс обязанностей и разъяснил сложные вопросы судоремонта. Он посоветовал мне прислушаться к мнению опытных судоремонтников. Однажды проводимый график на плавмастерской был нарушен. В дверь кабинета раздался стук: настойчиво постучали, и на пороге выросла фигура вахтенного матроса одного из находящихся в ремонте промысловых судов. Обеспокоенный вызовом, наскоро собравшись, спешу на указанное судно, на промысловой палубе которого столпились люди. На бодрствующем лице Носницина заметное волнение. Но, несмотря на это, с присущей ему внутренней собранностью рассказал, что перед выходом траулера из ремонта решили испытать установленную на промысловой палубе судовую кран-балку, на которую на промысле подвешивается силовой блок для выборки невода. Без тени нервозности он повел дальше, разговор о том, что во время испытания на прочность кран-балка не выдержала испытания и заметно прогнулась. В море сложилась хорошая промысловая обстановка для работы судов с неводами и надо сделать все возможное, чтобы срочно отремонтировать кран-балку и после проведения испытания на прочность отправить судно в море. Учитывая создавшуюся обстановку, Александр Степанович предложил свой вариант ремонта. И тут же дал "добро" на ремонт кран-балки своими силами по предложенному им чертежу. Спустя сутки кран-балка была надежно подкреплена дублерами, успешно прошла испытания на прочность и была комиссией рекомендована для работы в условиях открытого моря. В ту бессонную ночь, когда возникла необходимость срочно изготовить рабочий чертеж, присутствующие специалисты воочию убедились в конструкторских способностях своего начальника и в то же время учились у него оперативно решать ремонтные проблемы. Рассудительный и уравновешенный, высокоорганизованный и требовательный, Александр Степанович всегда старался добиваться такого положения, чтобы весь рыбацкий коллектив был на уровне стоящих задач. Прошли годы, неузнаваемо преобразился флот по техническим характеристикам. Одной из самых больших заслуг Александра Степановича Носницина являлось активное участие в создании вполне современной по тем временам судоремонтной базы. Ведь до его прихода к руководству флотом у карельских рыбаков не было своего судоремонтного предприятия, а первая плавмастерская "Фреза" была с весьма скромными ремонтными возможностями. А Карельский флот рос, пополнялся новыми судами, имеющими большую автономность плавания и новые технические данные. Александр Степанович понимал, что Карельскому промысловому флоту становится тесно в Баренцевом море. Поэтому, когда появилась первая же возможность послать часть флота в отдаленный район Мирового океана, он активно способствовал освоению кошелькового промысла в условиях открытого океана. Это, безусловно, пример творческого отношения к порученному делу.

Тогда А. С. Носницин стал кавалером ордена "Знак Почета" и заслуженным рыбаком Карелии.

При близком знакомстве с трудовой деятельностью начальника флота я всегда удивлялся его неиссякаемой энергии. После обязательного утреннего графика, на котором руководители служб, судоремонтники, снабженцы докладывали о ходе ремонта и подготовке к очередным рейсам, Александр Степанович непременно бывал утром на складах, проверял лично в цехах плавмастерской ход судоремонтных работ и обязательно заглядывал на промысловые суда, находящиеся в междурейсовых ремонтах.

Александр Степанович старался дать каждому судовому командиру возможность раскрыть свои способности, умело осмыслить имеющийся опыт и обеспечить условия для выполнения заданий.

Заботясь о флоте, А. С. Носницин постоянно думал и о тылах - береговой базе. На протяжении многих лет главные склады рыбацкого снабжения были расположены на станции Кола в 15 километрах от места стоянки судов флота. Многие тогда сомневались: по плечу ли будет карельским рыбакам своими силами возвести склады непосредственно у плавмастерской, где стоят суда? Да и где взять людей, владеющих строительными специальностями? Хотя, конечно, не все становятся моряками со школьной скамьи: у многих за плечами богатый опыт жизни и труда. И сумел Александр Степанович из числа резерва организовать строительные бригады и повел дело так, что некоторое время на берегу залива, рядом с плавмастерской с завидной быстротой появились склады и боксы для большого рыбацкого имущества.

Скептики, что называется, были посрамлены, а моряки с добродушным юмором строительство это назвали "носницинским БАМом".
Рыболовный траулер готовился к очередному выходу в рейс. Был полностью укомплектован экипаж, получено судовое снабжение, но своевременный выход задерживался из-за не прошедшей испытания кран-балки, на которую в рейсе подвешивался силовой блок. Прибывший на борт судна начальник флота предложил свое инженерное решение. Кран-балка была установлена по чертежу А. С. Носницина, успешно выдержала испытание и на протяжении ряда рейсов не подводила промысловиков. Эпизод. Да. Но как в нем раскрыто умение руководителя и специалиста высокого класса.

Не забывал Александр Степанович уделять внимание и вопросу работы с молодыми моряками, чтобы ветераны флота передавали им свои практические навыки, развивали у молодых гордость, прививали вкус к рыбацкой профессии: создавали в экипажах атмосферу взаимоуважения.

С позиции сегодняшнего дня мы можем смело утверждать, что А. С. Носницин, хорошо разбираясь в людях, всегда ценил в них истинную любовь к морю и одержимость в работе. Он всегда способствовал созданию на флоте благоприятного морального климата.

Александр Степанович всегда боролся за то, чтобы каждое начинание, рожденное энтузиазмом и творческим поиском тружеников моря, стало бы достоянием экипажей промысловых судов.

Александр Степанович заботился и о том, чтобы специалисты флота были умело, расставлены как непосредственно в аппарате, так и в береговых службах. Это были, конечно, опытные специалисты, выполняющие свою работу с чувством ответственности и гражданской сознательности.

Начальник флота всегда проникался участием к судьбе рыбака, особенно было заметно его пристрастие к трудоустройству демобилизованных воинов Северного флота, где прошла его боевая юность.

За эти качества и душевную доброту, идущую от всего сердца, заслужил тогда начальник флота уважение пахарей моря. А как же он сам с морем породнился?

Из учебного отряда молодой моряк Александр Носницин попал тогда в жестокий ураган войны. Он начал службу в экипаже ТКА-220 третьего дивизиона бригады торпедных катеров Северного флота, которая вела активные боевые действия. Новичок пришелся по душе экипажу. Прославленные катерники полюбили молодого помора за твердый, решительный характер. К тому же моторист Александр Носницин отличался добросовестностью и исполнительностью по службе. А еще он привлекал катерников открытой душой - это всегда людям тоже по нраву.

Затяжной северный ветер настоял в воздухе ледяную зимнюю стужу. Над морем Баренца тогда висела туманная мгла, рыхлая и тяжелая, до предела пропитанная влагой... Пенят форштевнями бугристую поверхность торпедные катера. Они устремились на Запад, где по данным авиаразведки, обнаружен фашистский караван.

Несмотря на промозглую погоду, в моторном отсеке душно. В нос ударяет терпкий запах машинного масла и разогретого соляра. У левого дизеля несет боевую вахту Александр. В общем обстановка не из легких. Моторист Носницин понимает, что она неизбежна, и все его внимание сосредоточено на двигателях.

Вскоре белесый туман оторвался от воды, начал расползаться и редеть. Уже без бинокля можно было нашим катерникам рассмотреть контуры вражеских кораблей - катера точно вышли к каравану. Гитлеровцы открыли заградительный огонь.

Один за другим катера сквозь огненную завесу выходили в атаку. Увеличив до предела обороты двигателей, вперед устремился ТКА-220. В результате удачного и дерзкого маневра атака тогда была доведена до победного конца. И другие катера нанесли точные торпедные удары - фашистские корабли пошли на дно. Напрасно егеря на сопках Западной Лицы ждали очередное подкрепление, боеприпасы, снаряжение - на этот раз они достались Нептуну.

Александру Степановичу первой наградой, которую он получил за тот памятный бой, была медаль Нахимова. В составе экипажа торпедного катера Александр Степанович участвовал во многих боевых походах, в высадке на занятый врагами берег разведчиков, в проводке конвоев, в охране родного Баренцева моря от фашистских подлодок.

Моряком Александр был примерным, его неоднократно награждали, назначили командиром отделения мотористов, он получил звание старшины. Герои-катерники воспитали у юноши любовь к морю, презрение к смерти и беззаветную преданность Родине.

Флотскую доблесть и закалку военных лет североморский катерник достойно проявлял в трудовых буднях мирного времени - во славу павших, во имя оставшихся жить.

После увольнения в запас бывалый воин понял, что приобретенная им на службе специальность судового механика отныне стала содержанием всей его жизни. Мешкать с решением своей дальнейшей судьбы он не стал и поступил в Беломорскую базу гослова рыбы судовым механиком.

Тогда промысловый Карельский флот только что зарождался. Начали приходить и вступать в строй первые средние рыболовные траулеры. Работал А. С. Носницин хорошо, с присущей ему смекалкой и добросовестностью. К боевым наградам прибавилась медаль за доблестный труд.

Но в полной мере его талант организатора и руководителя развернулся на посту начальника Мурманской оперативной группы базы гослова.

...Случилось так, что с подменной командой капитану Сафонову пришлось принять в Атлантике СРТ-4285. Судно было в хорошем техническом состоянии и экипаж под командованием Константина Николаевича начал вторую половину спаренного рейса. Набрали груз рыбы, на переходе к базам в районе Шотландских островов моряков встретил сильный шторм. Выбило два лобовых стекла, рубку залило водой, вода некоторое время находилась в рубке, лишь потом стала стекать, когда моряки выяснили, что один шпигат (отверстие, через которое стекает за борт вода) во время ремонта был заварен электросваркой, а другой забит тряпками. Под настилом дна палубы оказалось много старой ветоши. Это было убедительное доказательство, что ответственные за ремонт судна отнеслись плохо к исполнению своих служебных обязанностей. Еще один случай из морской практики капитана. Принимая топливо с плавбазы, механики не проверили, как следует шланг, а он оказался "замазученным". В результате топливная аппаратура вышла из строя, стало опасно находится в группе судов, так как не было уверенности, что механики своевременно дадут требуемый ход. Или другой пример невнимательного отношения к так называемым мелочам в ремонте. Однажды, во время швартовки СРТ-3191 к борту СРТ-4420, произошел навал корпуса судна в районе поворотного ролика по борту. А на промысле деформированный ролик не стал нормально вращаться и начал давать крутку ваера.

Промысловую работу пришлось тогда прекратить и следовать к плавбазе для устранения допущенного дефекта. Тогда было потеряно семь промысловых суток.

Право на легенду  Владимир Бабуро


busy
 

Язык сайта:

English Danish Finnish Norwegian Russian Swedish

Популярное на сайте

Ваш IP адрес:

54.237.183.249

Последние комментарии

При использовании материалов - активная ссылка на сайт https://helion-ltd.ru/ обязательна
All Rights Reserved 2008 - 2020 https://helion-ltd.ru/

@Mail.ru .