Наши партнеры

АНО ДПО «Полярный институт повышения квалификации»

 

Главная Его трудное счастье -1
Его трудное счастье -1 Печать E-mail

Посмотреть или окинуть взором с самого высокого места в городе. К примеру, Москва неплохо просматривается с Воробьевых гор, Питер - с Исаакиевского собора, Керчь - с горы Митридата, а Тагил - со сторожевой башни.

Есть много прекрасных мест и в нашем Мурманске. Особенно пользуется большим вниманием сопка, на которой возвышается величественная фигура защитника Заполярья -Алеши. С вершины этой сопки открывается захватывающий дух вид на Кольский залив, морской и рыбный порты, центр города, но, к сожалению, это только панорама центра города. Северная и Южная части города спрятаны за сопками, между которыми вытянутые длинным чулком протянулись городские кварталы.

В последние годы городские власти во главе с руководителем администрации Олегом Петровичем Найденовым и его первым заместителем Владимиром Николаевичем Гноевским взялись за приведение в порядок многих улиц, расположенных, прежде всего, в кварталах центра города, и уже достигли в этом благородном стремлении больших успехов.

Своим озеленением рыбацкая столица Заполярья может похвастаться перед многими российскими городами областного значения. Многие улицы пленяют чистотой гостей города.

До недавнего времени большинство жителей мужского сословия верили в то, что бог города - морской Нептун, который щедро одаривает из своих подводных кладовых богатыми уловами рыбы тружеников рыбацкой нивы.

И вот, на фоне начавшейся перестройки и уже более десяти лет продолжающихся реформ были почти уничтожены некоторые промысловые флота. И самое обидное, что за всероссийский развал рыбацких флотов и даже в целом рыбной отрасли нет ответчиков, с которых можно было бы спросить и привлечь к ответственности. Кто-то плохо боролся за сохранение рыбной промышленности, а кто-то упорно ее растаскивал по всевозможным фирмочкам.

Лично меня все чаще обуревает одна и та же мысль, а кто же будет отвечать за уничтожение сотни промысловых судов, за хроническую безработицу среди рыбацкого люда?

К сожалению, есть у нас люди, которым ни холодно, ни жарко от всего этого. Их вполне устраивает жизнь какого-либо наимельчайшего предпринимателя, да хоть бы хозяина самого захудалого ларька.

При таком образе жизни, как говорят в таких случаях яхтсмены, никогда в яхту, надежно укрытую козырьком, не проникнет луч солнца, а в надежно унайтованные паруса не задуют попутные ветры.

Обидное чувство разрухи часто посещает души истинных рыбаков, которые оказались больше других в роли неприкаянных, отлученных от моря, тоскующих по своей рыбацкой работе. Ведь подавляющее большинство из них имеет десятилетний и более продолжительный стаж работы на рыбопромысловых судах, в основном это грамотные, обладающие завидным опытом промысловики.

Остается только сожалеть, что в зоне особого внимания так называемых «приватизаторов» оказался и наш Карельский океанический флот, в недавнем прошлом состоящий из 47 самых современных рефрижераторных траулеров.

В настоящее время более тысячи рыбаков лишились работы, а это ведь профессиональные судоводители, высококвалифицированные механики.

Они вынуждены на берегу искать любую работу, вплоть до грузчиков, чтобы прокормить свои семьи, уберечься от голода.

Сравнительно недавно я посетил весьма заслуженного ветерана нашего флота. Двигался он по комнате не спеша, говорил негромко, старался держаться как можно спокойнее. В прошлом мы с ним продолжительное время ходили вместе на промысел на одном судне.

Хорошо помню, что в нашем рыбацком коллективе он зарекомендовал себя прекрасным механиком, покладистым и добродушным человеком.

Но надо было видеть, в какую неописуемую ярость пришел ветеран, когда узнал об уничтожении Карельского рыбопромыслового флота.

Особенно его до глубины души тронуло известие, что в настоящее время в Карелрыбфлоте не стало ни одного рыбопромыслового судна.

...Судите сами: юноша выбирает себе рыбацкую профессию - шесть лет напряженной учебы в мореходном училище позади. Он получает специальность судоводителя или судового механика. Уже в период учебной практики он доказывает своим трудом, что ему избранная профессия нравится.

У руководителей рыбопромыслового флота юноша на хорошем счету. Он начинает ощущать романтику избранной профессии и в то же время ее престижность и значимость.

Молодой моряк не только видит, но и на себе ощущает перспективу повышения своей квалификации и соответствующего продвижения по работе. Третий штурман становится со временем капитаном, а младший механик -возглавляет коллектив судовой машинной команды. Они и их семьи в полной мере чувствуют материальный достаток. Как в таких случаях говорят, они прочно стоят на ногах.

И вдруг в одночасье все рушится: судно его продано, а ему предложено уволиться, так как новые хозяева траулера не желают иметь ничего общего с прежним экипажем, который работал безупречно уже почти два десятка лет. А у него трое детей и неработающая жена. Так что есть от чего задуматься вчерашним рыбацким командирам.

В данном случае не помогло и то обстоятельство, что их трудовые книжки пестрят благодарностями. Есть в них и записи о полученных правительственных наградах.

Устроиться работать в море в прежних должностях - это очень туманная перспектива, несколько похожая на мурманскую погоду, которая, как известно, почти не поддается прогнозированию.

А о будущем Карелрыбфлота и говорить нечего, ибо просто его больше не существует.

Я прошу читателя на минуту поставить себя на место любого безработного специалиста, которого «приватизаторы» лишили возможности трудиться по своей специальности, отрешили от моря, от избранной и досконально освоенной профессии; специалиста, «сделанного» из того же добротного материала, из которого испокон веков создавались мореплаватели, а в наше время - люди, осваивающие новую промысловую технику и открывающие новые промысловые районы. Когда потребовались решительные и смелые люди, этот хорошо известный специалист отказался от работы в конструкторском бюро, бросил уже почти налаженную житейскую дорогу и отправился осваивать на СТМ (стальной траулер-морозилыцик) новую судовую технику. Именно из таких преданных избранному делу людей в основном и состоял наш рыбопромысловый флот, главное для них - трудиться по избранной специальности и там, где сложнее всего.

И вот по чьей-то злой воле оказался наш специалист в таком положении, что, своих дальнейших житейских дорог не ведая, приходится ждать ему призрачного, счастливого часа, когда появится возможность устроиться в какую-либо фирму на свою прежнюю должность судового специалиста, или же продолжать заниматься поиском какой-либо работы, чтобы прокормить семью, ибо, учитывая его физические возможности, еще неизвестно согласятся ли его принять на склад грузчиком.

Итак, променять «журавля в руках», то есть намечающуюся работу на складе, на «синицу в небе» - работу на промысловых судах?!

Это, безусловно, почти полностью идет вразрез с житейским понятием сегодняшнего дня, ибо, как известно, работа грузчика весьма далека от должности капитана или старшего механика рыбопромыслового судна, но есть какая-то надежда заработать деньги на прожитье! А если еще добавить, нисколько не сгущая краски, что не светит ему, безработному специалисту, в обозримом будущем возможность возглавить судовые коллективы, так как на каждую эту должность сегодня в нашем портовом городе претендуют не менее десяти человек. Поэтому остается лишь одно - уповая на божью милость, переодеться в робу и отправиться на склад таскать на своем горбу мешки, порой с непосильным грузом.

Можно привести сотни примеров разрушения современной действительностью годами устоявшегося материального благополучия рыбаков, которые надолго, если не навсегда, обречены на прозябание, на неизмеримые материальные трудности, благодаря неслыханному до этого времени произволу, который воцарился в рыбной промышленности страны.

...А пока пережитое настойчиво зовет читателя в суровые воды Северной Атлантики, где карельские рыбаки вместе с другими своими коллегами-рыбаками Заполярья мужественно боролись со стихией, упорно достигали промысловых успехов, порой решая при этом весьма важные вопросы, одним из которых была проблема взаимоотношений среди работающих на промысле рыбаков.

Мне вспоминается рассказанное в свое время боцманом Вячеславом Доброхотовым. Временами он не знал, как поступить и что предпринять, чтобы образумить некоторых зарвавшихся матросов. Однажды взбунтовался матрос, нарушил уставные судовые требования. И было непонятно, что в конечном итоге послужило первоначальной причиной вспышки ярости?

Боцман Доброхотов посмотрел тогда на присутствующих при этом на палубе матросов с видом человека, принявшего единственно правильное решение. Боцман был уверен, что его соплаватели не осудят его за то, что он занял принципиальную позицию и не пошел на поводу у искателей всяческих приключений, которыми всегда был богат рыбопромысловый флот.

Впервые моряки возвращались в свои кубрики порознь. Поразмыслив еще раз о случившемся, Вячеслав понял, что этот рыхлый, неустойчивый в своих убеждениях человек может первым отвернуться от него. Но в то же время его одолевали сложные чувства, в которых он еще не успел до конца разобраться.

Одного лишь он желал тогда, чтобы не углубилась возникшая между ними размолвка. Пусть даже матрос на первых порах затаит на него обиду, это уж не столь страшно. Главное, чтобы у моряка хватило благоразумия сохранить между матросами прежние, товарищеские отношения.

Смешно говорить, но тогда весь сыр-бор разгорелся из-за того, что боцман Доброхотов, в буквальном смысле этого слова, помешал матросу перед началом работы на палубе хлебнуть глоток-другой неразведенного спирта.

...Лицо у нового матроса было унылое, блеклое, неприметное. С первых же дней работы на промысле матросы стали его недолюбливать.

После работы он спешил в каюту к старшему мастеру лова, что вызывало настороженность и выглядело как фискальничанье.

На промысловой палубе он был какой-то неорганизованный. Нельзя было сказать, что новичок не знал матросской работы, но своими туманными выражениями он иногда вводил в заблуждение палубных командиров. Всяческими правдами и неправдами старался увильнуть от тяжелой работы.

Доброхотов понимал, что на первых порах трудно было новичку состязаться на палубе с бывалыми рыбаками, которые составляли в экипаже подавляющее большинство. Они сделали вместе уже несколько рейсов и, как ему показалось, вступали в общение с матросом не всегда охотно. Боцману тоже было трудно налаживать контакты с бывалыми моряками. Но у него за плечами - достаточный опыт рыбацкой работы, и это помогало в общении.

Ну а вскоре выяснилась истинная причина столь частых встреч матроса со старшим мастером лова. Нет, не занимался доносами на своих товарищей новый моряк, просто он, как и хозяин каюты, был большой любитель шахматной игры, даже имел первый разряд по шахматам.

Такое встречалось среди рыбаков не так уж часто.

Да, к сожалению, были вечера, когда новичок и хозяин каюты увлекались игрой и заканчивали ее далеко за полночь.

Прошло немного времени, и новичок был полностью реабилитирован в глазах всего экипажа.

Оказалось, что все наветы на шахматиста были сделаны помощником рыбмастера, пытающегося так глупо и мелко отомстить заядлому шахматисту за свое поражение в игре.

Жизнь на промысле показала, что не только у молодого моряка трудно складывались отношения с новыми товарищами по рыбацкой работе.

Но он не отчаивался, а настойчиво искал пути налаживания взаимоотношений в новом для него коллективе

Он выбрал море Владимир Бабуро


busy
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Язык сайта:

English Danish Finnish Norwegian Russian Swedish

Популярное на сайте

Ваш IP адрес:

54.167.44.32

Последние комментарии

При использовании материалов - активная ссылка на сайт https://helion-ltd.ru/ обязательна
All Rights Reserved 2008 - 2017 https://helion-ltd.ru/

@Mail.ru Яндекс.Метрика
Designed by Helion LTD